Диана Вриланд: «Бикини – самое важное изобретение со времен атомной бомбы»

Знаменитая редакторка Vogue давала дерзкие советы в популярной рубрике «Почему бы вам не...». А вместо скучных поз акцентировала внимание на живых кадрах.

Диана Вриланд четверть века формировала стиль Harper's Bazaar, а в 1963-м стала главной редакторкой американского Vogue. Изменив мир моды своей смелостью.

Вриланд популяризировала бикини, мини-юбки и экзотические образы. Также она подарила Голливуду новую звезду, в начале 40-х зацепившись за нестандартную красоту Лорен Бэколл: невыщипанные брови, длинную шею и кошачью пластику. Диана увидела идеальный образ современной американки, поместив Лорен на обложку Harper’s Bazaar в марте 1943-го. Как донора крови Красного Креста.

Журнал оказался на столике жены голливудского режиссера Говарда Хоукса. Та показала обложку мужу: «Сними ее в своем фильме». Так 18-летняя Лорен стала героиней фильма «Иметь и не иметь», а затем и звездой Голливуда.

Вриланд сотрудничала с известным портретистом Ричардом Аведоном, которого поначалу своей манерой общения доводила до слез.  

«Новое платье вам ничего не даст. Важно, какую жизнь вы проживаете в этом платье, и какой являлась ваша жизнь до него, и что вы будете делать в нем дальше», — говорила экспертка моды.

Вриланд настаивала, что если вы не можете контролировать свою манеру ходить, то не способны сдерживать свою вспыльчивость: «Уверяю вас, тяжелая походка — это форма гнева».

Диана высказывалась обо всем, что затрагивало ее жизнь в первой половине прошлого века: «А потом, конечно, грянул сухой закон. Безумная затея. Попробуйте запретить мне сделать глоток чая, и я выпью весь чайник».

«Пробыв в России всего 48 часов, я подумала: я знаю множество стран, но ужаснее всего было бы не иметь возможности вернуться именно сюда, будь Россия моей родиной», — писала Вриланд в автобитографии.

В 1920-х в Лондоне и Париже ее окружали русские аристократы, бежавшие от революции 1917-го. Она видела бывших князей, ставших таксистами, и графинь, работавших белошвейками или моделями. Вриланд наблюдала, как их объединяла неизлечимая тоска по утраченной родине.

Диана не привыкла поддаваться унынию, настаивая, что кто угодно может тебя словом или действием «сбить с ног или поставить на ноги». Вспоминая историю из детства и уверяя, что спонтанная остроумная речь, вне всяких сомнений, самое восхитительное развлечение из существующих.

«Много лет назад, маленькой девочкой, я ехала на поезде в Чикаго. В этом же поезде ехал великолепный артист по имени Фриско. Темнокожий. В шляпе-котелке и невероятно щегольских туфлях. Он пришел в вагон-ресторан на завтрак, сел и открыл газету. Выглядел потрясающе. Официант, тоже темнокожий, подошел к нему и произнес:

— Доброе утро, мистер Фриско, сэр. Что желаете этим утром?

 — Мороженое и яблочный мусс. Поживее, — ответил артист.

Официант погрустнел и, замерев на месте, ответив: «Видите ли, сэр, это завтрак, сэр, и у нас нет ни мороженого, ни яблочного мусса».

— Хорошо, — не растерялся артист. — Подделайте их.

Шутка лучше звучит на языке оригинала. Ее смысл в том, что артист предлагает решить проблему, отменив реальность. В современном мире это стало почти нормой :)

Сама Вриланд тоже была горазда на разные безумные идеи. Например, ополаскивать волосы ребёнка шампанским, чтобы сохранить золотистый оттенок.

Впрочем, это были не столько практические советы, сколько маленькие фантазии о другой жизни. Диана следовала принципу: «Давать людям то, о чём они даже не знали, что хотят».

Гением Вриланд считают именно потому, что она не пыталась следовать за трендами, а создавала их.