Фридман: «Нашли компромисс: самых «проблематичных» для режима вывезли, остальных оставили»

— Освобожденных оказалось больше, чем я думал. Я исходил из того, что их может быть около 50. Но мы видим, что, как бы там пропагандистски не солидаризировались с Кубой, Венесуэлой и Ираном, на реальные политические шаги и готовность к диалогу с американцами никакого влияния это не оказывает, — говорит Александр Фридман. — Поэтому Лукашенко пошел так далеко и освободил 250 человек.

— Не думаю, что американцы требовали, чтобы большинство людей остались в Беларуси — в последнее время им было все равно, как это происходит, главное, что освобождают. Скорее всего, сыграло роль расследование МУС, актуализация темы депортаций.

Возможно, со стороны Лукашенко это был сигнал: мол, не надо МУС так далеко заходить. Вам не понравилось, что я депортирую людей? Ну, не буду больше этого делать. Может, так посоветовали сделать американцы, может — кто-то из окружения.

В итоге нашли компромисс: самых «проблематичных» для режима вывезли, остальных оставили.

То есть, послали сигнал: мол, смотрите, как себя вести и что говорить, потому что сейчас сделали послабление, а в следующий раз можем снова всех депортировать.

При этом, отмечает Фридман, непонятно, на каких условиях освобожденные остались в стране и был ли у них выбор.

Если говорить о том, насколько сделка была выгодна Лукашенко, то на этот вопрос, считает политический обозреватель, должны отвечать экономисты. Александр Фридман предполагает, что американцы положили глаз на беларускую калийную индустрию.

— На самом деле для американцев приоритет — не освобождение политзаключенных. Это дополнительный фактор. Все, что делают американцы, в их интересах.

В этом смысле их шаги довольны логичные. Чтобы реализовать этот проект, необходимо наладить транспортировку, желательно не связанную с РФ. В это вполне укладываются заявления Коула о его желании помирить Минск и Вильнюс. Потом каким-то образом достичь экспорта удобрений через Литву под контролем США.

Так что, предполагаю, санкции снимают не потому, что хотят что-то там Лукашенко подарить. Там свои интересы.

Также Александр Фридман высоко оценивает шансы освобождения всех политзаключенных к концу года. Ранее о такой надежде высказался Джон Коул. Однако, считает обозреватель, на это будет влиять ряд факторов.

— Лукашенко сам сегодня сказал, что готов к большой сделке. Но тут, опять же, вопрос не в том, что для американцев приоритет — это добиться освобождения политзаключенных.

Да, Коул, думаю, говорит искренне, и ему приятно позировать с беларускими политзаключенными: приятно быть тем, кто подарил им свободу. Он это делает из своих убеждений. Но приоритет не в этом и вопрос в другом.

Будет ли в течение года Лукашенко интересен американцам с экономической и политической стороны? Будет ли у него роль в урегулировании войны в Украине? Согласится ли он играть по экономическим правилам американцев? 

Если да, американцы будут это продолжать. И Лукашенко готов к такой сделке. Для него сейчас каждый приезд американцев — это момент счастья.

С другой стороны, это также зависит от того, не нажмет ли в какой-то момент Россия «стоп-кран» и не скажет: «Нет, хватит». Там уже показывали, что могут это сделать. Например, если бы не российский «стоп-кран», Лукашенко бы поехал в Вашингтон.